Естественно, наши польские кураторы предоставили нам возможность осмотреть бывшую резиденцию польских королей - замок "Вавель", забраться на холм, насыпанный в честь национального героя Тадеуша Костюшки, побывать в стенах Ягеллонского университета, в которых учился Коперник. Однако неорганизованно бродить по Кракову было не менее интересно.

Первое, на что обратил внимание мой более подготовленный к восприятию польской культуры товарищ, это находившийся недалеко от общежитий, где мы проживали, Музей современного искусства.

Для меня это было нечто необычное. Я был просто поражен такими произведениями современного искусства, как, например, старинный стул с высокой спинкой и изрезанным кожаным сидением, залитым чем-то красным и воткнутыми в него 4-мя ножами. Произведение называлось Опус №, скажем, 3. В цифре не уверен, потому что рядом было еще 2-3 Опуса. Теперь и у нас есть народ, способный подняться до таких высот в творчестве. Было крайне интересно разгадывать, почему тому или иному произведению творец-художник дал такое название. И вообще, связано ли оно как-то с тем, что видишь перед собой, или являет самостоятельный объект. В ряде случаев это нам удавалось после 3-5 минутной мозговой атаки, после чего шел оживленный обмен мнениями с Борисом, у которого часто было другое видение обсуждаемого Опуса. Поиск ключей к названиям выставленных в Музее произведений современного искусства (последние три слова заключать в кавычки я не стал, сейчас поясню почему) способствовал повторному его посещению.

Именно здесь у меня закралась крамольная мысль, что художники, посмеиваясь, убеждают окружающих, что то, что вышло из-под их кисти или рук - и есть искусство высокой пробы. Кто же сомневается - неразвит интеллектуально, и ему приходится снисходительно втолковывать, что Опус - это серьезно и не каждому дано. У меня до сих пор впечатление, что "Черный квадрат" Малевича стал всем известен как шедевр именно благодаря согласованному пиару его друзей-художников.

Но самым необычным открытием для меня, как и для всего отряда "Польша-70" стала выставка фотографии обнаженной женского тела "Венус-70". Представить такую выставку в Новосибирске в 70-м году было просто невозможно. А главным событием на выставке, окончательно добившим меня, были надписи на некоторых фотографиях: "Оригинал украден в ночь на … июля". Вот, подумалось мне, даже лихой искушенный польский народ был настолько поражен увиденным, что не смог сдержаться, чтобы не приобщиться к вечному. Фотографии были большими, некоторые почти в рост человека. Вернувшись к товарищам, мы с Борисом понесли искусство в массы, поделились увиденным с товарищами по "П-70". Сейчас же сформировались двойки-тройки сибиряков, отправившихся по проторенной нами дорожке оценивать глубину дарований фотографов. Общее мнение коллектива было таково: "Слабовато". С этим заключением, как мне помнится, согласилась и женская половина нашего ССО.

В 70-х годах большой популярностью пользовались польские вокально-инструментальные ансамбли, как значилось на конвертах пластинок, выпускавшихся фирмой "Мелодия". Изредка в Новосибирск в магазины попадали пластинки польского производства. Вот, например, маленькие, по две песни на стороне, диски "Но то цо", "Скальдов" и Северина Краевского с любимой мною песней "Не отдохнем" (А.Осецка) в сопровождении "Червоных гитар". Пластинки-гиганты этой группы приобрел Александр Пупышев. Потом, по возвращении из Польши, его засыпали просьбами приносить их на "польские" вечеринки, дабы танцевать под "Червоных".

Уже позже, в Новосибирске, появились большие пласты Рены Рольской (Рена Рольска) с названием на конверте "Kiedy znow zakwitna biale bzy…", Ирэны Сантор (Irena Santor) - "Moja Warszawa", которые я купил.

И конечно, потрясающий, проникающий в душу голос Анны Герман. Впервые я услышал ее "Поющих Эвридик" еще в школе, в Новокузнецке, и запомнил, не зная, кому этот голос принадлежит.

Уже в Новосибирске, приобретя альбом "Песни освобождения", я обнаружил там песню на польском языке "Расшумелась плакучая ива", исполнявшуюся мужским хором. Она прочно осталась в памяти, как мне созвучная.

И как логичное продолжение моего пребывания в Польше, набор пластинок "Говорим по-польски" - "Mowimy po polsku" . Komplet 4 plyty z broszura -Cena zl.234, "Poliglota". А голоса играющих сценки W.Bisko-S.Karolak- D.Wasilewska я запомнил накрепко. Отсюда логичный переход к чтению детективов на польском языке. Нет, в начале я прочел повесть "Трудно быть богом" Стругацких, имевшуюся в магазине "Дружба" на польском, но отсутствовавшую на русском.