В коридорах студенческого общежития Ягеллонского университета одинокий польский студент вздрагивал, изумленно прислушиваясь в истошный крик-песню "Парус, порвали парус...". И лишь потом успокаивался, дождавшись извинения трофимовской гитары: "Каюсь, каюсь, каюсь…". От автора: полный текст песни смотри у В.Высоцкого.

Вокруг Вити народ собирался, садился поближе, стараясь заранее подсказать своих любимых авторов. Начинался гам: "Давай это споем! Нет, это не надо, лучше эту!" Чаще выбиралось что-то из Высоцкого. Но не так все просто! Без вдохновения Виктор гитару в руки не брал и по заказу не выступал. Ему важно было поймать свое настроение. А этого момента надо было дождаться. И все понимали: Трофимов сейчас закончит перебирать струны и выдаст одну из (ныне называемых авторских) песен-баллад, а мы подхватим, становясь чем-то единым и улетая куда-то высоко. Жаль, нет аудиопленки того периода (раньше просто говорили - пленка, и было ясно что это такое).

А как неистов был Витя на баскетбольном поле! В руках мяч, локти в стороны, не подойти, на бородатом лице хищная улыбка, и, кажется, под кольцом у него соперников нет, ну разве Толя Манохин. Или футбол в глубоком снегу. Откуда брались силы? Но и тут он как рыба в воде.

Это сейчас вошло в моду - фотомодель. Специально учат как выглядеть на снимках. А у Виктора талант: где бы, и как бы, и чем бы его не фотографировали, всегда получалось запоминающееся фото. Гляньте на этот снимок, вроде все просто, а у другого так не выйдет. А потом вдруг вспыхнет улыбкой!

Или вот еще. Как-то серенько, буднично спрятался за ледяной стеной Вова Пиун, и какая горделивая осанка у Виктора! Ну, кто умеет фотографироваться, а кто нет? Ясно без тыканья пальчиком. А ведь это зима на берегу Обского моря, холодно все-таки!

А вот друое: застолье, Витя еще без гитары, но весел, энергичен. Соседка по столу его, видимо, побаивается, придвинувшись к Гоше, человеку, известному в чешско-польско-магаданской компании, да и среди представителей мехмат-физического сообщества Академгородка.